Современная русская литература
Современная русская литература
(краткий обзор)
Андрей Степанов, Санкт-Петербургский государственный университет.
1. Предыстория.
Книжный бум в России: более 100 000 книг в год. Трудности выбора книги.
«Современная» литература - после 1991 г.
Предыстория: 2 литературы в СССР: официальная и неофициальная. Отсутствие «массовой» литературы. Перестройка: возвращение забытых имен, правда об истории, рождение новой литературы из андеграунда. Литературная катастрофа 1992 г.
2. Массовая литература.
Рождение массовой литературы в начале 1990-х годов. Жанры массовой литературы:
- детектив. 1990-е гг.: Александра Маринина. 2000-е годы: Дарья Донцова и Борис
Акунин.
- боевик (экшн): Александр Бушков, Виктор Доценко.
- «розовый роман»;
- триллер.
- фантастика. Сергей Лукьяненко. Зависимость массовой литературы от телесериалов.
Рост интереса к мемуарной литературе и другим формам non-fiction.
Новые тенденции в массовой литературе с 2005 года:
- «гламурная» литература. Оксана Робски.
- «антигламурная» литература. Сергей Минаев.
- романы-«расследования». Юлия Латынина.
- Подражания супербестселлерам.
3. «Постсоветская» литература.
Исчезновение «соцреализма» в начале 1990-х годов. Рост ностальгии по СССР в начале 2000-х годов. Реабилитация соцреализма. Александр Проханов. Роман «Господин Гексоген».
Феномен «толстых» литературных журналов. Литература реалистической ориентации. Традиции «либеральной» советской литературы «шестидесятников».
Писатели «среднего возраста»:
Дмитрий Быков. Романы «Оправдание», «Орфография», «Эвакуатор», «Ж.-Д.»
Андрей Геласимов. Роман «Год обмана», повесть «Жажда».
Ольга Славникова. Роман «2017».
Алексей Слаповский. Романы «Качество жизни», «Они».
Людмила Улицкая. Роман «Даниэль Штайн, переводчик».
«Новый реализм».
Захар Прилепин. Романы «Патологии», «Санькя», «Грех».
4. Между реализмом и постмодернизмом
Старшее поколение:
Татьяна Толстая. Роман «Кысь».
Людмила Петрушевская. Роман «Номер один или В садах других возможностей». Василий Аксенов. Романы «Вольтерьянцы и вольтерьянки», «Москва-ква-ква», «Редкие земли».
Среднее поколение:
Михаил Шишкин. Романы «Взятие Измаила», «Венерин волос».
Алексей Иванов. Романы «Сердце пармы», «Золото бунта».
5. Русский постмодернизм.
Истоки - в андеграунде 1970-1980-х годов. Соцарт. Московский концептуализм.
Дмитрий Пригов.
Лев Рубинштейн.
Владимир Сорокин. Рост известности в конце 1990-х годов. Романы «Голубое сало», «Ледяная трилогия», «День опричника». Фильмы «Москва, «Копейка». Опера «Дети Розенталя».
«Младшие» концептуалисты:
Павел Пепперштейн, Олег Анофриев «Мифогенная любовь каст».
«Петербургские фундаменталисты».
Имперская тема.
Павел Крусанов. Романы «Укус ангела», «Бом-Бом», «Американская дырка».
Ироническая линия: Сергей Носов. Романы «Голодное время», «Грачи улетели».
Виктор Пелевин. Сатира и буддизм. Романы «Чапаев и пустота», «Generation П», «Священная книга оборотня», «Empire V».Алексей Иванов. Современные «фантэзи» с историч. романы « Сердце Парма», « Золото бунта» (о восстании Пугачёва). Михаил Шишкин (живёт в Швейцарии) « Взятие Измаила 2000г.» Премия русского Букера.« Венерин волос» (о психологии русского человека.)Менее известные авторы:
Сергей Болмат. Романы «Сами по себе», «В воздухе». Михаил Елизаров. Повесть «Ногти», романы «Pasternak», «Библиотекарь». Александр Гаррос и Алексей Евдокимов. Романы «Головоломка», «Серая слизь», «Фактор фуры».
6. Ссылки.
Сайты с рецензиями на новые книги:
Журнал «Афиша»: http://www.afisha.ru/spb/books/Журнал «Прочтение»: http://prochtenie.ru/
Газета «Книжное обозрение»: http://www.knigoboz.ru/index/indexO.html
Газета «Книжная витрина»: http://www.top-kniga.ru/kv/
Газета «Ex libris НГ»: http://exlibris.ng.ru/Страница Андрея Немзера: http://www.ruthenia.ru/nemzer/
Страница Льва Данилкина: http://www.afisha.ru/blog/21/ Премия «Большая книга»: http://www.bigbook.ru/Премия «Русский Букер»: http://www.russianbooker.org/
Русский язык XX века.
( краткий обзор)
Павел Клубков, Санкт-Петербургский государственный университет.
У каждого века истории своя репутация, свое содержание, свои символы и эмблемы. Александр Радищев был одной из самых ярких фигур конца XVIII в. - века Просвещения. Он писал языком, архаичным даже для его времени. В современной России не читают Радищева.
Но есть два стиха, которые и сейчас вспоминаются по разным поводам: Нет, ты не будешь забвенно, столетье безумно и мудро. Будешь проклято вовек, ввек удивлением всех. Это Радищев написал в 1801 году, оглядываясь на истекшее столетие.
Следующий, девятнадцатый, век стал золотым веком русской литературы. Одним из результатов его стал русский литературный язык в его канонической форме.
Большая часть моей жизни прошла в двадцатом веке - безумном, мудром, незабвенном.
В России.
Я филолог, то есть язык для меня не только средство общения, но и предмет изучения.
Если сравнить учебники русской грамматики начала XX и XXI века, различия будут не очень заметны. По-прежнему в русском языке шесть падежей, три грамматических рода. Сравнивая словари, мы, конечно, увидим множество новых слов. Слова эти отражают изменения реальности: троллейбус, телевизор, автоответчик, компьютер. Но стол мы по-прежнему называем столом, небо - небом. Большая часть глаголов и прилагательных существуют в неизменном виде.
Но если сравнивать тексты, то едва ли не по первому предложению можно безошибочно определить время их создания.
Начало века определяется хотя бы по орфографии.
Свод общепринятых орфографических правил был разработан в конце XIX в. академиком Я.К. Гротом. Его книга «Русское правописание» в 1916 г. вышла 22 изданием. По ней учились во всех школах Российской империи. Но орфография эта, опирающаяся на традицию, вызывала множество возражений. Орфографическая комиссия при Императорской академии наук разработала свои предложения по реформе орфографии, но реализовать их оказалось возможным только в результате революции.
Но дело нее только в орфографии.
Газетная фраза каждым своим словом привязана к своему времени. «О подготовке, ходе и исходе каждой беспартконференции уком должен сообщать в губком, а губком в ЦК»
Это из газеты «Правда» 1921 года (№ 101).
Были процессы, которые примерно в одно время проходили в разных языках мира. Так, в начале XX в. стали широко распространяться аббревиатуры. Время требовало краткости и недвусмысленности, и в языке появлялись специальные средства для этого.
В России это явление воспринималось как революционная новация, как одно из проявлений нового языка, который приходил на смену старому.
А вот другой пример: «Стремление семантических идеалистов отбросить основной вопрос философии, объявить его «лжепроблемой» имеет вполне определённую цель — запутать вопрос о причинах общественных, бедствий, отвлечь внимание трудящихся масс от борьбы за революционное преобразование материальных условий общественной жизни».
Это несомненное начало 1950-х годов, брошюра «Что такое семантическая философия и кому она служит».
Изменения в языке были частью общих изменений жизни. Язык меняется всегда, и мы не можем четко отделить «советский язык» от русского языка двадцатого века.
Его история определяется существованием переплетающихся и конфликтующих языковых стихий: официальной публичной речи, языка быта, языка художественной литературы, языка отдельных социальных групп.
Публичная речь резко сблизилась с бытовой уже после революции 1905-07 гг., когда появилась относительно свободная печать, но революция 1917 года открыла все шлюзы. Она перечеркнула авторитет не только старой власти, но и старой книжной культуры. То, что происходило с русским языком во время революции, похоже на то, что происходило в других странах, например, во Франции конца XVIII в. Революционная фразеология странным образом переплеталась с языком социальных низов.
При этом в качестве естественного речевого образца рассматривалась речь Ленина и других вождей революции, которые вполне признавали авторитет классической литературы и имели гимназическое образование.
Революционные бури сменились устойчивой и очень консервативной диктатурой, что отразилось и на языке.
Социальная природа языка утверждалась тысячекратно, но при этом считалось, что основные социальные проблемы в советском обществе решены. Советское общество с какого-то момента стало считаться социально однородным. Применительно к проблеме литературной нормы это означало полный отказ от старого и во многом справедливого представления о существовании некоего довольно узкого круга носителей эталонной речи.
Устройство советского общества описывалась в самом общем виде в терминах классов. Считалось, что оно состоит из двух сотрудничающих классов: рабочих и крестьян. Картина дополнялась введением еще одного элемента - прослойки интеллигенции. На уровне массового языкового сознания эта прослойка понималась как что-то не очень существенное, находящееся между рабочими и крестьянами. У идеологов марксизма прослойка означала другое -социальную группу в составе класса. Соответственно, могла быть пролетарская, крестьянская и буржуазная интеллигенция. Соответственно, интеллигенция - часть класса, занимающаяся умственным трудом (в интересах класса).
Слово интеллигент в этих условиях употреблялось либо как синоним служащего, т.е. человека, занимающегося не физическим, а умственным трудом, либо просто обозначало образованного и, что еще важнее, воспитанного и просто хорошего человека.
На самом деле советское общество, разумеется, обладало довольно сложной и к тому же эволюционирующей структурой, и классовая точка зрения не способствовала реальному пониманию ситуации, в том числе и применительно к такому социальному явлению, как язык.
Интеллигенция, между тем, была социальной реальностью. Она не считала себя частью какого бы то ни было класса и постепенно выработала свое представление о том, что такое хороший русский язык. Это представление сформировалось при сознательном отталкивании от языка канцелярий и лозунгов.
Русский язык сохранился.
Конец века стал временем перемен.
Свобода слова означает возможность высказаться для всех, в том числе и для тех, кто не владеет нормативным русским языком.
Русский язык переживает сложное и интересное время.
Недавно при обсуждении одной диссертации соискательница, как о чем-то естественном, сказала, что среди школьников есть две проблемные группы с точки зрения владения литературной нормой: дети самых бедных и дети богатых.
Посмотрим, что будет дальше...